...Сказать «история города» тождественно тому, чтобы сказать: история цивилизации. Говорить о драматической истории города можно бесконечно, но перед нами более прозаическая цель – понять настоящее через уяснение главных этапов, которые прошел сам город...
Как мы видим, идея города‑сада, пусть и в малом масштабе,
была не только выдвинута, но и эффектным образом осуществлена, но, как бывает
нередко, эта идея была приклеена к имени Эбенизера Говарда. Приклеена сразу, и
столь прочно, что автор изданной в 1898 г. книги, первоначальное название
которой, напомним, было «Завтра: мирный путь к социальной реформе», во втором
издании 1902 г. дал ей новое название: «Города‑сады завтрашнего дня».
Как всегда в истории урбанистики, Говарду можно найти
предшественников, среди которых окажутся и утописты Оуэн и Фурье, и Герберт
Спенсер, настаивавший на национализации земли, и Петр Кропоткин,
подчеркивавший, что развитие техники позволит заменить гигантские заводы малыми
мастерскими, и Чарльз Бут, и множество других. К начитанности Говард добавил
личный опыт. Он провел молодость в Америке, попробовав свои силы в фермерстве -
Акт о свободном заселении дал каждому право на бесплатный участок земли. Он
долго жил в Чикаго и видел создание Риверсайда в 15 км от города, который,
в начале процесса восстановления после страшного пожара 1871 г., именовали
городом‑садом. Все это не умаляет значение трудов Говарда. Во‑первых, он сумел
в небольшой книге соединить множество идей предшественников в оригинальное
целое, во‑вторых, этот самоучка, который зарабатывал на жизнь как стенографист,
был человеком прямого действия.
Хотя книгу Говарда перевели на множество языков и издавали
многократно, его чаще всего интерпретировали неверно. Ему приписывали
пропаганду в пользу низкой плотности едва ли не сельского расселения, тогда как
он стремился достичь высокой плотности жилой среды. Его город‑сад смешивали с
пригородом‑садом, тогда как Говард настаивал на экономической самостоятельности
своего поселения. Многие до сих пор полагают, что он стремился к созданию
маленького города, а он мыслил в категориях гигантской системы расселения,
сцепленной воедино скоростным транспортом. Наконец, ему приписывали
механическое манипулирование людьми (что справедливо для Чарльза Бута), тогда
как Говард стремился к самоуправляемым сообществам свободных людей. Его считают
планировщиком, хотя он постоянно подчеркивал, что все иллюстрации в его книге
суть лишь принципиальные схемы, нуждающиеся в разработке профессионалов, и
кольцевое построение схем не следует трактовать как генеральный план.
Суть доктрины Говарда - «город‑сельское поселение», освобожденное
от пороков как традиционного крупного города, так и села. Слова свобода и
кооперация на базисной схеме Говарда - не риторическое упражнение, а существо
дела. Одна из диаграмм в первом издании, впоследствии не воспроизводившаяся,
описывает, каким образом ассоциация горожан, выплачивающих умеренную ренту,
способна обеспечить сначала выплату процентов на заемный капитал, затем
постепенную выплату основного займа и, наконец, формирование собственного
пенсионного фонда и фонда развития системы образования и охраны здоровья.
Центральный парк культуры с его общественными зданиями, лесопарк, окруженный
остекленным променадом, полосы кварталов односемейных домов, разделенных
широкой полосой, в которой следует разместить мастерские и школы, озелененными авеню
и бульварами, сбегающимися к центру, - все это для Говарда было лишь
очерком основной идеи. Эту идею он начал воплощать в жизнь с энергией и
чрезвычайным упорством.